Трансгендерная беларуска: «Люди решаются на нелегальную терапию, а так можно угробить здоровье»

Трансгендерная беларуска Диана, которая покинула родину из-за преследования, была вынуждена проходить заместительную гормональную терапию в Беларуси нелегально. К такому решению, по ее словам, приходят многие трансгендерные люди в нашей стране из-за большого количества отказов комиссии по транс-переходу. Это несет большие риски и может привести к сильному ухудшению здоровья.

Важно знать, что гендерное несоответствие — это особенность человека, влияющая на качество жизни. Трансгендерные люди имеют полное право на квалифицированную медицинскую помощь и психологическую поддержку для достижения оптимального физического и психического благополучия.

В интервью «Салідарнасці» Диана рассказала, как многие трансгендерные люди в Беларуси лишаются этой помощи и почему важно, чтобы эта проблема решилась как можно скорее.

«После слов Лукашенко комиссии все чаще стали выносить отрицательные решения»

В Беларуси, рассказывает девушка, при Минздраве работает специальная комиссия, которая выносит решения о возможности транс-перехода. Если решение положительное, человеку разрешают необходимые операции и назначают заместительную гормональную терапию (ЗГТ). Однако в последние годы комиссия редко выносит положительные решения. Например, в 2024-м через нее прошло 32 человека и только семерым разрешили транс-переход.

— Для первой и второй комиссии нужно обязательно стоять на учете, посещать психиатра-нарколога и психолога раз в три месяца не менее 365 дней. А учитывая, что комиссии две, выходит два года. Но поскольку комиссии собираются дважды в год в непредсказуемые даты, может выйти три года ожидания.

С 2023 года комиссии выдают 70-80% отказов, при этом не объясняют причин и не дают возможности обжаловать решение. Разве что предлагают пройти комиссию еще раз, но через одну — выходит, это еще год ожидания.

Еще одна проблема, что стать на учет можно только с 18 лет, а получить доступ к ЗГТ удается в лучшем случае к 21 году. Для трансгендерных подростков это означает очень долгое ожидание и прохождение нежелательного полового созревания.

Сама Диана решилась на нелегальную терапию по двум причинам: во-первых, чтобы избежать долгого ожидания, во-вторых, были сомнения в том, что решение комиссии будет положительным. Девушка уже вставила грудные импланты и боялась, что начатые изменения негативно скажутся на решении комиссии.

— Так что я, как и большинство трансгендерных людей в Беларуси, начала проходить гормональную терапию самостоятельно. Несколько лет назад Лукашенко сказал в интервью, что в Беларуси нет ЛГБТ, после чего комиссии все чаще стали выносить отрицательные решения. Из-за этого люди все чаще решаются на нелегальную терапию.

У этого, конечно, есть свои проблемы и последствия. Во-первых, достать гормоны в Беларуси тяжело. Трансженщины могут заказать что-то в интернете или в России. Трансмужчины могут покупать тестостерон в спортивных магазинах, но там он бывает плохого качества. В прошлом году его не было в аптеках, из-за чего трансмужчины очень переживали.

В самостоятельной терапии есть много рисов, так как из-за неправильной дозировки (а люди часто ее превышают) можно угробить здоровье — посадить печень, «заработать» сахарный диабет, тромбоз, бесплодие и прочее.

Для тех, кто решается на нелегальную терапию, все же остаются альтернативы помощи:

— У российского центра Т, который помогает и беларусам, есть база friendly-эндокринологов, к которым можно обратиться за консультацией. Там подскажут, какие анализы необходимо сдать, подкорректируют дозировку. Однако рецепт на гормоны не выпишут.

Также, если угрожает опасность или нужна психологическая помощь, можно обратиться к TG-House. Именно благодаря этой организации я сейчас в безопасности и на свободе. Мне лично тоже можно написать — смогу перенаправить в организации, которые знаю.

В том, что трансгендерные люди в Беларуси оказываются в уязвимом положении и не получают необходимой помощи, девушка винит политику властей, которую они перенимают у коллег из России:

— Минздрав хотя бы понимает, что трансгендерность существует, не лечится и людям необходим переход. Тем, кому его разрешают, назначают нормальную гормональную терапию.

Проблема в том, что отказов в переходе из-за риторики властей очень много.

И эту проблему надо делать видимой, потому что трансгендерные люди в Беларуси есть, и их много, и их надо учитывать.

Нам надо секс-просвещение, больше эндокринологов и психиатров по всей стране, у которых можно проходить обследования, а не только в Минске.

Сейчас со всей страны ездят в Минск, где только один психиатр-нарколог, один психолог и один уролог. Да и диагностику тоже нужно менять, потому что она проходит по устаревшим методичкам, а людей еще и кладут в психиатрическую больницу на две недели.

«Власти вынуждены предпринимать меры, чтобы соответствовать пропагандистской риторике о «традиционных ценностях»»

Руководительница организации TG House Алиса Сармант поясняет, что еще три года назад значительно больше людей, совершавших трансгендерный переход, имели возможность официально проходить гормонотерапию. Все изменилось с тех пор, как комиссии при Минздраве стали выносить больше отрицательных, чем положительных решений по вопросам трансперехода.

— Существует два этапа комиссии: первая дает право на смену документов, вторая — на медицинский переход. Если нет возможности пройти даже первую комиссию, что уж говорить о второй.

Поэтому сейчас нам пишут десятки людей, а в прошлом году — сотни, которые интересуются альтернативными способами получения терапии.

Организация, по словам собеседницы «Салідарнасці», не может стимулировать людей проходить терапию нелегально и без врачебного контроля. Однако может предоставить общую консультацию.

— Например, рассказать, как и где можно пройти обследования. Один из вариантов сейчас — поехать в Польшу, где за несколько недель можно пройти врачей, получить рецепты и доступ к гормонотерапии. Некоторые так делают, а затем возвращаются в Беларусь. Но большинство все-таки на свой страх и риск начинают терапию самостоятельно.

Мы не хотим давать людям ложную надежду: пройти комиссию в Беларуси сегодня практически нереально. Но мы и не отговариваем — рекомендуем встать на учет и попробовать. Шанс все равно есть, хоть и небольшой.

Когда люди начинают проходить терапию нелегально, они ищут проверенных поставщиков или, что проще всего, ездят за препаратами в Россию. Но это не дает гарантий, что со здоровьем все будет в порядке. Поэтому мы принимаем меры, чтобы у человека хотя бы была возможность контролировать свое состояние и понимать, как действовать в случае проблем. Например, у нас есть партнерское соглашение с организацией в Армении, которая бесплатно консультирует транс-персон.

При этом, отмечает Алиса, даже официальный доступ к ЗГТ в Беларуси не гарантирует отсутствия проблем. Например, в аптеках периодически пропадают необходимые препараты.

— За последний год ситуация, насколько это возможно, нормализовалась. Конечно, раньше препаратов было больше, но базовый набор сейчас есть. Бывает, что-то пропадает из аптек на несколько месяцев (а тестостерона однажды не было в доступе полгода), но затем может появиться аналог.

При этом стоимость препаратов в разы выше, чем, например, в Польше или Литве. Из-за этого даже люди, получившие разрешение комиссии, могут заказывать препараты «на стороне» — просто потому, что это дешевле.

И я не вижу сигналов, что ситуация, в которой сейчас оказались транс-персоны в Беларуси, как-то изменится в ближайшее время. Даже если говорить о коммуникации с медучреждениями: на наши обращения и рекомендации либо отвечают формальными отписками, либо пишут, что прислушаются. Но в реальных решениях этого не видно.

Вряд ли что-то будет улучшаться на фоне происходящего в России, где транспереход отменили. Главное — чтобы у нас не стало хуже. В этом смысле мы смотрим на ситуацию более оптимистично: предполагаем, что в ближайшее время сохранится то, что есть.

Даже если говорить о законодательных инициативах, то закон о запрете «ЛГБТ-пропаганды» буксует — власти не торопятся с его принятием. Беларуским властям не так интересны ЛГБТ-люди, однако они вынуждены предпринимать меры, чтобы соответствовать пропагандистской риторике о «традиционных ценностях». Тем не менее они стараются затягивать принятие подобных законов, что дает надежду на отсутствие кардинальных изменений в отношении транс-персон, вплоть до отмены комиссии.